Родительское бессилие

 

 

 

 

«Пап, у меня проблема…» Всплывающая на экране часть эсэмэски резко выдергивает из своих мыслей. Сердце бьется сильнее, а пальцы дрожат, открывая сообщение целиком.

mini«Я поругался с учителем, он заставляет меня звонить…», «Мне надо рассказать тебе неприятную новость…», «Я рассказал психологу про себя, она зовет тебя на разговор…»

Всякий раз меня дергает, как током. Надо бежать, спасать, защищать. А он не сахар. Говорит дерзко, любой намек на несправедливость вызывает бурю ярости. Но он — мой. Весь, какой есть.

«Здравствуйте, ваш ребенок делает такие вещи! Повлияйте на него…», «У меня нет с ним конфликта, просто он…», «Ему просто не хватает родительской любви и ласки!..»

Мальчику 14 лет. Лучший друг не пригласил его в гости на день рождения. Они дружат  с первого класса… Я понял не сразу — тихие непонятные завывания не давали работать дома. Я нашел звук, он раздавался из платяного шкафа в его комнате. Давно, надрывно и тихо…

— Тебя пожалеть?

— Нет, не надо!.. Да, давай! Хорошо, что ты пришел.

— Я тебя еле нашел.

— Да, я специально спрятался в шкаф, но надеялся, что ты меня найдешь.

Что творится у него в голове? В школе его болтает от пятерок до колов, 12 подряд двоек за домашние задания по физике. «Он умный мальчик, но …» Репетитор пожимает плечами: «Я не знаю, чему его учить, он все знает, половину решает в уме!»

Он рыдает мне в плечо, свернувшись на коленях, такой маленький, тяжелый, несчастный. Его всего крутит и корежит. «Это все из-за меня, это я такой урод, что со мной невозможно дружить!» Долго. Мучительно. Я глажу его по спине, вспоминаю и рассказываю, как в 17 лет двое друзей из богатых семей пообещали взять меня на дискотеку. Они были на машине, белая пятерка «жигулей» — как «лимузин». Дискотека, девчонки, недоступные и манящие приключения. 1994 год — мы жили впроголодь. Я ждал их около окна два часа, и с каждой минутой становилось все горше и невыносимее. Меня кинули! Как они могли! Наверное, я такой ужасный, что со мной так и надо.

Мой внутренний раненый подросток слышит боль сына напрямую. Но надо не свалиться в яму, не позволить своей тоске накатить в полную силу — сейчас помощь нужна ему, моему маленькому мальчику со взрослым предательством.

— Я был в школе, надо поговорить…

— А может не надо?

— Увы, придется.

— Ты веришь им?

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ: